— Умер от старости и лежит здесь уже много лет? — предположил кто-то.

— Нет, — профессор оставил в покое бороду и заговорил уже быстро и энергично. — Скелет обглодан, и обглодан, что называется, до косточки. Это само по себе удивительно, и я еще скажу почему. Но прежде всего другое: мы обследовали хрящевые соединения и межкостные связки. Поручиться можно, что кашалот был жив во всяком случае еще тридцать шесть часов назад. И кроме того: хрящи и связки свидетельствуют, что это животное находилось в расцвете сил.

— Ну и что? Полакомился кто-то, — снова вмешался маленький смутьян и посмотрел на часы. — Нам тоже положено регулярно питаться. Время второго завтрака, между прочим.

— Полакомился?! А не скажешь ли мне — кто вообще способен лакомиться кашалотами.

— Из ваших впечатляющих лекций, уважаемый профессор, я, конечно, запомнил, что кашалоты охотятся главным образом на кальмаров, а очень крупные кальмары могут, оказав сопротивление, смертельно уязвить кашалота.

— Умница ты у нас, — поощрительно улыбнулся Крис. — Только когда я был учеником нашего профессора, то запомнил еще челюстное строение и пищеварительные характеристики кальмаров.

— Не ты один! Я тоже знаю, что мощный клюв кальмара имеет такой же сильный челюстной аппарат, которым он одновременно бьет и терзает жертву. И слопал он, разумеется, не всего кашалота, а небольшую часть. Остальное разъели акулы, а мелочь на костях — прочие рыбы.

— И это все примерно за сутки? — вмешался кто-то еще.

— А что, я свой бифштекс съедаю за пять минут.

— Конечно, если бы там потрудилась сотня таких обжор, как ты…

— Тихо, тихо, угомонитесь! Давайте лучше поговорим о размерах, и многое станет ясно. Размеры — вот что тут главное.

— Простите, профессор, — вежливо попросил слова один из студентов. — Вы сами рассказывали, что судя по двухфутовым следам от присосок кальмаров, которые обнаруживались на туловищах кашалотов, в глубинах наверняка проживают суперкальмары величиной в двести футов. Две трети из этого — щупальцы. Почему такой гигант не мог одолеть кашалота?